(Русский) Россия и Корея создадут новый технологичный фонд

04 September 2019

(Русский) VEB Ventures и южнокорейская управляющая компания Daedeok Ventures Partners (DVP) создадут российско-корейский инвестиционный фонд объемом до $200 млн. Об этом компании договорились, подписав соглашение о стратегическом сотрудничестве. Предполагается что в фонде примут участие ведущие российские и корейские финансирующие организации, государственные и частные инвесторы.

В настоящее время, как сообщили в пресс-службе VEB Ventures, компании планируют начать работу по подготовке и запуску совместного инвестиционного фонда. Данный фонд будет ориентирован на технологические компании России и Китая в наиболее востребованных в двух странах областях, таких как технологии умного города, медицина и промышленность высоких переделов. “По условиям cоглашения, фонд будет активно сотрудничать с другими двусторонними инициативами в сфере инновационного сотрудничества, направленными на установление и укрепление партнерских связей между российскими и корейскими высокотехнологичными проектами”, – отметили в VEB Ventures.

Генеральный директор VEB Ventures Олег Теплов относительно фонда заявил следующее: “Мы видим большие перспективы инновационного сотрудничества России и Кореи. Уверен, что наш фонд может стать драйвером активного развития экономических связей и укрепления партнерских отношений двух стран. Технологическая кооперация позволит обеим сторонам достичь синергетического эффекта. Мы рассчитываем, что при помощи такого механизма мы поможем российским перспективным проектам открыть для себя новые рынки сбыта, а также привлечь наиболее прорывные решения за рубежом”.

Генеральный директор DVP Ли Cог Хун отметил, что, подписав меморандум о создании Российско-Корейского совместного фонда, DVP и VEB Ventures сделали первый шаг для развития стратегического сотрудничества. “Мы рассчитываем, что Россия, обладающая сильной научно-технологической базой, и Корея, обладающая передовыми информационными технологиями, объединят свои усилия и вместе вступят в эру Индустрии 4.0”, – указал Ли Cог Хун.

Отметим, что на сегодняшний день у VEB Ventures уже функционирует совместная с индийской компанией SREI инвестиционная платформа Viman Capital. Данная платформа является первой российско-индийской инвестиционной платформой для поддержки технологических проектов. “В прошлом попытки создать российско-индийский венчурный фонд неоднократно предпринимались российскими институтами, однако до настоящего времени ни одна из них не приводила к желаемому результату. Соглашение инвесторов между “ВЭБ Инновациями” и индийским холдингом Srei Infrastructure Finance, определяющее основные условия создания нового инвестиционного инструмента, было подписано в мае 2018 г. в рамках ПМЭФ. Так, в рамках реализации подписанного соглашения в метро города Дели заработала Wi-Fi-система российской компании “МаксимаТелеком”, – проинформировали в VEB Ventures.

Напомним, что в ходе последнего Петербургского международного экономического форума инвестиционная “дочка” ВЭБ.РФ – “ВЭБ Инновации” объявила о ребрендинге и новой стратегии. Теперь компания называется VEB Ventures и, согласно новой стратегии, сосредоточится на инвестициях в компании через прямые сделки, а также через совместные венчурные фонды с корпорациями и другими рыночными игроками. В соответствии с новой стратегией, к 2024 г. оценка портфеля компании составит 34,8 млрд руб.

Говоря с корреспондентом ComNews о деятельности фонда VEB Ventures и Daedeok Ventures Partners, президент ассоциации “РУССОФТ” Валентин Макаров заметил, что иностранным инвесторам в России интересны в первую очередь компании, занимающиеся высокотехнологичными и наукоемкими разработками в передовых и модных областях ИКТ – Big Data, AI, blockchain, VR и т.п.

“Российский программист” за прошедшие 20 лет стал великолепным брендом. С 2000 г. наши университеты 14 раз становились чемпионами мира по программированию, в рейтинге лучших программистов Fossbytes Россия делит 1-е и 2-е места с Китаем. Сейчас нужны решения в области математики и алгоритмистики, которые создадут прорыв, позволяющий завоевать нарождающиеся рынки нового 6-го Технологического уклада. Это уже потом нужны будут миллионы средних разработчиков из развивающихся стран, а сейчас нужны “умные русские”, которые способны решить нерешаемые задачи. В подтверждение моих слов – поток визитеров из Юго-Восточной Азии – Китая, Кореи и Японии – и приглашений РУССОФТу организовать бизнес-миссии в эти страны”, – указал Валентин Макаров.

Он также добавил, что технологичные компании в России крайне нуждаются в подобных созданному VEB Ventures и Daedeok Ventures Partners фондах. “К сожалению, вследствие антироссийских санкций, большинство зарубежных венчурных инвесторов рассматривает свои сделки исключительно под углом зрения вывода продуктов деятельности интеллекта и его носителей из России. Государству крайне важно не допустить покупку начинающих команд (стартапов) и вывоз их зарубежными инвесторами на этапе, когда они еще ничего не продают, а значит, ничего не стоят”, – указал Валентин Макаров и отметил, что государству необходимо стимулировать венчурные фонды, которые будут готовы оставлять 50%+ стоимости компаний у российских разработчиков и не требовать переезда команд из России. “Всем этим “умным русским” нужно дать возможность развиваться и строить бизнесы в России”, – заявил Валентин Макаров.

Относительно того, насколько остро сегодня нуждаются в привлечении финансирования технологичные компании в России, он заметил, что российские команды заинтересованы в “умных инвестициях”. “И всем не хватает средств на НИОКР. Это еще более важная проблема, чем венчурный капитал, который нужен на этапе ОКР. Денег на НИР катастрофически не хватает. А если выделяются средства на НИОКР для МО, то они никак не работают на рынок”, – указал Валентин Макаров, добавив, что до сих пор в России нет аналога американской программы DARPA, которая чрезвычайно эффективно перерабатывает результаты военных исследований и превращает их с помощью венчурного капитала в коммерческие продукты.

“Пример – SIRI. Продукт получился в результате военных разработок DARPA, который был передан в Stanford Research Institute, там освобожден от грифа и отдан венчурным капиталистам, которые за несколько лет помогли разработчикам довести продукт до вершины рынка. У нас же результаты интеллектуальной деятельности (РИД) до сих пор остаются в собственности либо МО, либо ГК, и нет инструмента их коммерциализации, такого как Stanford Research Institute”, – проинформировал Валентин Макаров.

Главный аналитик РУССОФТ Дмитрий Желвицкий, беседуя с корреспондентом ComNews, обратил внимание на данные ежегодного исследования ассоциации: “Если в 2017 г. 14% опрошенных компаний ожидали по итогам текущего года получить внешнее финансирование, то в реальности таковых оказалось 6%. По объему инвестиций разница еще больше – вместо прогнозируемых $57,5 млн оказалось $4,5 млн, то есть более чем в 10 раз меньше. В предыдущие годы также была кратная разница между долей компаний, которые рассчитывали на инвестиции, и долей компаний, которые их получили. Как правило, в текущем или следующем году – по отношению к времени проведения опроса – надеялись на получение внешнего финансирования не менее 20% компаний. Естественно, это не все компании, нуждающиеся в инвестициях, а только те, которые имели надежды на них. Нуждается в той или иной степени подавляющее большинство софтверных компаний России. Вопрос в том, сколько из них способно эффективно освоить те средства, на которые они претендуют”.

Чаще всего, как отметил Дмитрий Желвицкий, инвестиции нужны для расширения штата сотрудников, а этот ресурс в России ограничен. “Проблему можно решить за счет зарубежных центров разработки, но, например, небольшим компаниям это сделать сложно даже при наличии денег. Менеджеров, которые способны открыть подразделение за рубежом, также не хватает. На втором месте среди всех названных предназначений ожидаемого внешнего финансирования – расходы на маркетинг, прежде всего зарубежный”, – указал Дмитрий Желвицкий, добавив, что в последние три года компании стали более реалистично оценивать возможности получения внешнего финансирования. “По итогам 2018 г. впервые доля компаний, получивших инвестиции, оказалась почти равной доле компаний, которые рассчитывали на инвестиции в этом году – 11% и 12% соответственно”, – заметил Дмитрий Желвицкий.

Заместитель генерального директора – инвестиционный директор АО “РВК” Алексей Басов в разговоре с корреспондентом ComNews отметил, что сектор информационных технологий по-прежнему остается лидером по количеству венчурных сделок и объему привлеченных инвестиций. “Например, китайская Alibaba Group вложила $20 млн в российского разработчика дисплеев дополненной реальности WayRay, а Wangsu Science & Technology Co Ltd купила компанию CDNVideo, которая специализируется на передаче видеоконтента в интернете. А в этом году китайский IT-гигант Huawei купил компанию “Вокорд”, входящую в портфель созданных с участием капитала РВК венчурных фондов “Лидер-инновации” и “С-Групп Венчурс”, – сообщил Алексей Басов.

Внимание зарубежных инвесторов, по его мнению, также привлекает российских сектор биотехнологий. “Здесь объемы пока не такие большие, как в ИТ-секторе, но есть заметные сделки. В 2018 г. южнокорейская Cosmo and Company Co. подписала соглашение о сотрудничестве на общую сумму $5 млн с портфельной компанией Инфрафонда РВК “ЭкзоАтлет”, которая занимается разработкой и производством экзоскелетов и созданием новых эффективных методик медицинской и социальной реабилитации пациентов”, – проинформировал Алексей Басов.

В целом, по его словам, предпочтения иностранных инвесторов находятся в общемировой парадигме. “Наибольшим спросом пользуются проекты, направленные на разработку цифровых решений для бизнеса, транспорта, технологии виртуальной и дополненной реальности, маркет-плейсы. Это проекты, основанные на сквозных технологиях цифровой экономики, вокруг которых будут формироваться рынки будущего”, – указал Алексей Басов.

Что касается фондов, подобных фондам VEB Ventures и Daedeok Ventures Partners, он заметил, что их наличие создает инфраструктуру для развития экспортного потенциала российских высокотехнологичных компаний, формирует понятные правила выхода и ведения бизнеса на азиатских рынках. Относительно наличия у РВК подобных VEB Ventures и Daedeok Ventures Partners фондов Алексей Басов заявил: “В 2016 г. РВК совместно с белорусской стороной создали Российско-Белорусский фонд венчурных инвестиций (RBF Ventures). Под его управлением находится 1,4 млрд руб. В настоящий момент он обладает достаточно диверсифицированным портфелем проектов. Среди портфельных компаний – разработчик беспилотников для сельского хозяйства “АгроДронГрупп”, а также сервис для маркетологов и собственников бизнеса по управлению информацией и работе с отзывами в интернете RocketData и др.”, – рассказал Алексей Басов.

Аналитик ГК “Финам” Леонид Делицын, беседуя с корреспондентом ComNews, обратил его внимание, что фонд Finsight VC, созданный основателем “Финама” Виктором Ремшей, вкладывается в инновационные компании, работающие практически на всех континентах (в России, Китае, США, Европе, Латинской Америке). “Многие проекты созданы россиянами. Необходимость в соинвесторах из других стран возникает часто, в особенности если проект крупный, а распределение рисков между несколькими фондами является заметным трендом последних лет, когда в крупные проекты, подобные Uber, инвестировали десятки фондов”, – заметил Леонид Делицын.

Он также добавил, что в как таковых фондах нуждаются стартапы – новые предприятия, у которых нет средств для самостоятельного финансирования вывода на рынок инновационных разработок. “Банки, как правило, не финансируют стартапы, считая их бизнес слишком рискованным, а свои компетенции – недостаточными. Поэтому необходимы венчурные фонды. Все стартапы нуждаются в привлечении финансирования, поскольку рациональный предприниматель старается разделить риски с инвесторами, а чем более революционна инновация, чем дальше она от небольших усовершенствований, тем выше риски”, – указал Леонид Делицын.

Относительно того, какие технологичные компании в России сегодня интересны иностранным инвесторам, Леонид Делицын заявил: “По-видимому, сейчас нет большого смысла говорить об иностранных инвесторах в среднем, поскольку интересы инвесторов из различных стран крайне различны. К примеру, Huawei финансирует направления, связанные с совершенствованием систем передачи данных, поскольку в России есть специалисты, способные решать отдельные сложные задачи такого рода. Инвесторов из других стран могут больше интересовать стартапы, связанные с внедрением инновационных технологий на российском рынке, а собственно изобретение и разработку они предпочитают локализовать на собственной территории или территории союзников. Безусловно, в сообщении VEB Ventures упоминается “российская сильная научно-технологическая база”, но остается неясным, как эта база может пригодиться в ЖКХ – так называемых технологиях умного города – и медицине. Напротив, какую роль может сыграть корейский хайтек – вполне очевидно”.

Поскольку речь идет о работе в России и Корее в секторах умного города, медицины и промышленности, скорее всего, по словам Леонида Делицынаю подразумевается поиск компаний, способных внедрять корейские технологии в российских регионах. “В случае промышленности высоких переделов ситуация несколько яснее: здесь речь может идти о российских разработках в сфере переработки вторичного сырья с целью получения материалов, необходимых для производства”, – предположил Леонид Делицын.

Аналитик управления операций на российском фондовом рынке ИК “Фридом Финанс” Александр Осин в беседе с корреспондентом ComNews, обратил внимание, что у России сегодня есть медицинские технологии, которых еще нет на Западе и которые могут быть интересны корейским инвесторам. “Это технологии, связанные с радиологией (исследования внутренних органов), использованием космических технологий (выращивание органов в невесомости) и ВПК (например, разработка нательных электронных устройств)”, – указал Александр Осин.

Он также отметил, что высокие технологии считаются высокодоходным бизнесом, но он является таковым только для тех, кто может привлечь значительные ресурсы надолго, под низкую процентную ставку в условиях “мягких” налогов. “Проблема высоких технологий заключается в том, что они заставляют инвесторов ждать годами и годами платить за разработку, ожидая, как “выстрелит” одна из 90 или 100 идей – по приблизительным оценкам на основе данных СМИ”, – заявил Александр Осин, добавив, что для российского рынка с кредитными ставками для МСБ на уровне порядка 15% годовых и выше такая тактика просто невыгодна по сравнению с торговым, добывающим, финансовым бизнесом.

“Вдобавок, развитие высокопередельных отраслей сдерживается существованием налога на добавленную стоимость. Платежи по этому налогу – в том числе в силу специфики российской налоговой практики – увеличивают цену продукции на несколько десятых процента, согласно кабинетным исследованиям, на каждом переделе. Причина в том, что система получения вычета по НДС не позволяет получить этот вычет в полном объеме ввиду как введенных административно-налоговых ограничений на возврат полной суммы НДС, так и по причине невозможности, как правило, сформировать адекватную сумме возврата сумму счетов-фактур, отражающих расходы по НДС. Наконец, надо отметить, что возврат НДС происходит не моментально, а в течение минимум 11 дней, что означает изъятие существенного количества наличности из оборота предприятий, и также объективно переносится ими в цены готовой продукции.

НДС есть и в других странах, но в развитых странах его влияние компенсируется крайне низкими кредитными ставками, в КНР есть существенные ограничения по применению НДС в экономике”, – проинформировал Александр Осин.

Более того, по его словам, несмотря на приблизительную сравнимость уровня налоговой нагрузки по отношению, например, к ВВП в РФ и в странах с развитым технологическим кластером, в РФ налоговая нагрузка в очень существенной мере смещена с потребительского сектора (где действует единая ставка подоходного налога в 13%) на сектор производства.

“Даже если значительная часть этой нагрузки формируется в ТЭК и добыче, это не значит, что остальное производство не чувствует ее, налоговое давление транслируется в повышенный уровень цен на внутреннем сырьевом рынке, и, кстати, к такому же результату ведет проводимый правительством налоговый маневр в нефтяной отрасли. В данном случае на фоне снижения экспортных пошлин и ценового давления из России во внешние рынки за счет повышения НДПИ формируется потенциал роста внутренних цен на бензин. Это транслируется в высокие ставки, высокие нормы требуемой доходности вложений, что негативно для развития технологического сегмента. Для преодоления этой проблемы нужны кардинальные перемены в политике регуляторов, связанные в том числе с ремонетизацией экономики, налоговой реформой в пользу производственных отраслей, отменой бюджетного правила и пенсионной “реформы”. Но признаков таких перемен нет”, – указал Александр Осин.

Source: https://www.comnews.ru/content/121792/2019-09-04/rossiya-i-koreya-sozdadut-novyy-tehnologichnyy-fond
Related news
IAOP report: Just five Russia-connected companies ranked among world’s top IT service providers