Ключевая ставка скорректировала российскую цифровую отрасль

Аналогичный американскому финансовый «пузырь», надуваемый из-за колоссальных вложений в IT-технологии, экономике РФ пока не грозит. Наоборот, для российского IT-сектора актуальна проблема угнетения инвестиционной активности.

«Растут риски технологического отставания в будущем из-за недостаточных объемов инвестирования», – предупредили в исследовании «Цена денег для технологических компаний в России» эксперты Института экономики роста им. П.А. Столыпина (есть в распоряжении «НГ»).

Основу этого исследования составил анализ бухгалтерской отчетности почти 9,2 тыс. IT-компаний, имеющих специализированные коды в общероссийском классификаторе видов экономической деятельности: это прежде всего разработчики ПО и компании, которые занимаются обработкой данных и т.п. Учитывались те компании, которые имели выручку за 2025 год. Так, по мнению аналитиков, выглядит ядро российского IT-сектора.

Главное, на что обратили внимание исследователи, – компании из IT-ядра крайне ограниченно привлекают банковское заемное финансирование. По экспертным расчетам, например, в 2025 году на собственный капитал у таких компаний приходилось приблизительно от 84 до 87% финансирования различных проектов. А на «банковский и иной процентный долг» – оценочно от 11 до 12%.

Остальные источники поступления средств, будь то венчурные инвестиции или льготные госпрограммы, судя по всему, занимают еще меньше места.

Такая структура финансирования имеет несколько последствий. Во-первых, низкая долговая нагрузка повышает устойчивость сектора к процентному шоку и ограничивает кредитные риски, признали в институте. Однако, во-вторых, рост компаний в большей степени зависит от внутренней генерации прибыли и доступа к долевому капиталу. Это значит, что при снижении рентабельности у IT-компаний сокращаются возможности для расширения их деятельности, поскольку заемный рычаг ими в любом случае почти не используется.

Наконец, в-третьих, для большинства представителей российского IT-сектора субсидирование процентной ставки по кредитам, как можно судить по исследованию, будет иметь слабо выраженный положительный эффект. Все по той же причине изначально редкого обращения за кредитами. Хотя отдельным компаниям с уже ощутимой долговой нагрузкой и оттого с низкой финансовой устойчивостью адресные меры поддержки как раз необходимы.

Помимо этого, исследователи указали еще на одну проблему сектора – на слабые стимулы к реинвестированию средств. И в этом случае основной причиной служит как раз ключевая ставка Центробанка.

В условиях жесткой денежно-кредитной политики бизнесу становится выгоднее выводить полученную прибыль и временно вкладывать ее, допустим, в какие-либо сберегательные инструменты под высокий процент, чем вновь инвестировать в разработку и производство с неясными перспективами окупаемости.

Проведенный институтом анализ выявил также рост доли прибыли, направляемой на дивиденды, именно в период повышения ключевой ставки. «Норма распределения прибыли находилась на уровне 32–35% в 2021–2023 годах, а в 2024-м выросла до 51,5%. Одновременно увеличилось число компаний, выплачивающих дивиденды, с 599 до 721», – сообщили в Институте экономики роста.

«Для компаний с операционной маржой 11–14% высокая ставка снижает относительную привлекательность расширения за счет собственной прибыли. При этом решение о дивидендах может определяться не только депозитной доходностью, но и налоговыми, холдинговыми, инвестиционными и семейно-владельческими мотивами», – уточнили также авторы исследования.

Еще одно следствие высокой ключевой ставки, косвенно влияющее на инвестиционные планы IT-компаний, – это сжатие спроса со стороны заказчиков.

«Значительная часть выручки IT-компаний формируется за счет корпоративных и государственных заказчиков. Расходы на цифровизацию нередко относятся к проектным и отложенным статьям бюджетов: при удорожании финансирования и ограничении инвестиционных программ заказчики могут переносить или сокращать такие проекты», – пояснили аналитики.

Этот канал, по экспертным оценкам, может быть одним из основных по масштабу воздействия. «При сжатии инвестиционных бюджетов заказчиков меры поддержки предложения – кредиты и гарантии для разработчиков – дают ограниченный эффект, если не сопровождаются мерами, поддерживающими спрос», – сообщили эксперты института. По их уточнению, программа субсидирования проектов цифровой трансформации показала, что поддержка заказчиков может создавать выручку разработчиков без переноса на них кредитного риска.

Однако поддержка IT-сектора – как прямая, так и косвенная – осложняется тем, что у правительства, судя по выводам отраслевых представителей, до сих пор нет четкого понимания, какие именно компании действительно составляют технологическое ядро. Одна из причин – отсутствие достоверной статистики для софтверной индустрии, индустрии разработки программного обеспечения. На важности этой проблемы настаивают в ассоциации «Руссофт».

Если говорить исключительно о разработчиках ПО, то, по оценкам ассоциации, этим видом деятельности в России профессионально занимается около 5,5 тыс. стабильно работающих компаний.

Уточним: показатель меньше, чем в исследовании Института экономики роста. Институт рассматривал не только сугубо софтверные компании.

В отраслевой ассоциации при этом указали, что в официальные реестры, от которых напрямую зависит господдержка сектора, включаются в том числе такие компании, которые в принципе не разрабатывают никакого ПО, а также «дочки» корпораций, которым ни с кем не надо конкурировать, пытаясь развивать новейшие технологии.

В настоящее время в стране имеют аккредитацию Минцифры почти 20 тыс. юридических лиц, признанных цифровыми компаниями (см. также «НГ» от 19.10.26).

Одновременно с этим, как следовало из исследования «Руссофта», немало компаний имеют код из общероссийского классификатора видов экономической деятельности, отличный от тех вариантов, на которые опирается Минцифры, но по факту они тоже могут быть отнесены к ядру IT-сектора.