English

Прогрессивный НДФЛ стал реальностью. Похоже, теперь придется поменять и Налоговый кодекс

24 июня 2020

В видеообращении к нации 23 июня Владимир Путин поставил точку в слухах и спорах вокруг прогрессивной шкалы налога на личные доходы.

Теперь те, кто получает больше 5 млн в год, должны платить с превышающей этот показатель суммы не 13, а 15%. Отказ от прогрессивной шкалы НДФЛ был «фишкой» Владимира Путина с самого начала его правления. Новый Налоговый кодекс с одинаковыми для всех (почти) 13% налога вступил в силу в 2001 году, и с тех пор никакие экономические штормы в стране и мире не могли поколебать уверенность президента в необходимости сохранения этого порядка вещей.

Буквально два года назад в ходе «прямой линии» он доходчиво обосновал, почему нельзя вводить прогрессивную шкалу: чтобы не уводить в тень доходы граждан.

«То, что граждане с разным уровнем доходов платят налог одинаково, по одной ставке в 13 процентов, на первый взгляд выглядит даже несправедливым», — поделился своим новым взглядом на мир сегодня Владимир Путин. Почему он поменял свою точку зрения, внятного объяснения не было. Видимо, время пришло. К тому же Налоговый кодекс станет далеко не единственным важным документом в нашей стране, который изменится в 2020 году.

О готовности платить лишние проценты уже высказалась, к примеру, Маргарита Симоньян, главный редактор телеканала Russia Today.

«Я зарабатываю больше 5 млн рублей в год. И считаю, что люди, которые столько зарабатывают, ОБЯЗАНЫ тратить, как минимум, четверть своих доходов на больных детей и других нуждающихся. И очень рада, что теперь государство принудительно слегка подраскулачит тех, кто этого не делал. А те, кто это делал и так, такому подраскулачиванию будут только рады», — счастлива руководительница государственного СМИ.

О том, как петербургские предприниматели комментировали перспективу введения прогрессивного налога, «Фонтанка» уже писала.

Пять миллионов год — это где-то 416 тысяч в месяц. Многие российские СМИ, от федеральных государственных до региональных марионеточных, в один голос заговорили сегодня именно о налоге на богачей. Для сравнения: в соседней Финляндии по итогам 2019 года средний доход у всех граждан страны составлял 3691 евро, то есть около 300 тысяч в месяц на наши деньги. То есть порог в 5200 евро, за которым человека воспринимают в нашей стране как богача, для не самой богатой страны Европы, конечно, много, но воображение не поражает.

У нас же нововведения реально затронут совсем небольшую страту российского общества. По данным Росстата по состоянию на 2019 год, в нашей стране было 48 701 гражданин (из 147 млн), которые получали официальную зарплату свыше 500 тыс. рублей в месяц. В Петербурге таких — 4 392 человека.

Кроме зарплат, люди получают еще доходы и от бизнеса. Тут тоже посчитать нетрудно — СПАРК выдает нам, что по итогам 2019 года дивидендов свыше 5 млн рублей выплатили 2 079 компаний. Скольких своих владельцев они обогатят больше, чем на означенную президентом сумму, считать дольше, но вряд ли больше, чем 5 тысяч человек. Вероятно, есть еще значительная часть горожан, которые свои доходы не светят перед налоговой. Но, глядя на энергичную работу ФНС, можно предположить, что их не намного больше легальных «пятимиллионеров».

У многих городских чиновников в декларациях о доходах стоят суммы, превышающие президентский порог (хотя большинство все же старается держаться в пределах не очень шокирующих 2,4 млн рублей). К примеру, по итогам 2019 года из 13 членов городского правительства (сейчас их меньше) у шестерых доход был больше 5 млн рублей. Но часто при детальном рассмотрении оказывается, что свои миллионы чиновники получают за счет продажи квартир и земельных участков. В этом случае надо вспомнить, что доходы от продажи недвижимости у нас в ряде случаев НДФЛ не облагаются.

Итого на весь город со скрипом набирается 20 тысяч «богачей», а по факту, скорее всего, еще меньше. То есть 0,2–0,3% жителей.

О том, что введение «налога на богатство» принесет весьма символичную сумму, говорит и сам президент. По его подсчетам, это 60 млрд рублей в год на всю страну. Это 0,3% от всех доходов бюджета страны.

Дополнительной изюминкой в решении президента стало то, что лишние проценты с богачей будут целевым образом идти на лечение тяжелобольных детей.

«Эти средства предлагаю «окрасить», как говорят специалисты. Защитить от любого другого использования и целевым образом направлять на лечение детей с тяжелыми редкими заболеваниями, на закупку дорогостоящих лекарств, техники и средств реабилитации, на проведение высокотехнологичных операций», — подчеркнул Владимир Путин.

С одной стороны, решать, как тратить эти 60 миллиардов, Путин предлагает комиссии из достойных людей. Несомненно, таковые в нашей стране найдутся. Но куда интереснее то, что такое решение ставит в тупик специалистов по налоговому праву.

Дело в том, что сама природа налогов отрицает идею о целевом их использовании на что-то конкретное. Все налоги по Налоговому кодексу идут в общую казну и уже там распределяются куда надо.

Если же речь заходит именно о целевых «отчуждениях», тогда следует говорить о сборах. Они по-другому администрируются, совсем иначе обосновываются и, с точки зрения профильного специалиста, обладают принципиально иной природой. Классический пример — сборы в фонд ОМС или в Пенсионный фонд.

Решение Владимира Путина собирать и «подкрашивать» лишние 2% НДФЛ потребуют изменений в Налоговый кодекс.

«Вероятно, с принятием закона о повышении ставки по НДФЛ будут внесены масштабные изменения как в 23-ю главу НК РФ, так и в бюджетное законодательство, регламентирующее распределение и зачисление средств, поступающих в бюджеты разных уровней. При рассмотрении законодательной инициативы о подобном повышении ставки по НДФЛ возникают и другие вопросы:

— необходимо ли будет подавать отдельную декларацию в отношении суммы доходов, превысивших 5 миллионов рублей в год?
— каким образом налоговые агенты будут отчитываться по удержанию и перечислению?
— в каком размере на удержанный налог будут применяться вычеты и будут ли?

«С учетом вышеизложенного новость о повышении ставки НДФЛ порождает большой круг вопросов», — поделилась своими мыслями с «Фонтанкой» управляющий партнер юридического бюро Legal to business Светлана Гузь.

Но опыт показывает, что, раз президент такое решение принял, вряд ли сложится как-то иначе. Остается только гадать, какие еще поправки «заодно» попадут в обновленный НК РФ в ходе передачи 2% больным детям. У нас много инициативных людей в стране — предложения в последнюю минуту могут быть какие угодно.

Как раз про инициативных людей Владимир Путин в выступлении 23 июня решил поговорить отдельно. А точнее, о тех, кто развивает в нашей стране IT-отрасль. Для них президент подготовил без преувеличения шикарный подарок: снижение социальных выплат до 7,6% (то есть вдвое ниже сегодняшнего уровня и в четыре раза меньше, чем в среднем по экономике). Кроме того, с 20% до 3% для них снижается налог на прибыль.

Чтобы было понятно, о каких суммах идет речь, возьмем крупнейшие в стране компании отрасли. Mail.ru Group — 3,9 млрд рублей налога на прибыль в 2019 году. «Яндекс» — 3,1 млрд рублей. Если брать отдельно Петербург, то крупнейшая наша IT-компания ООО «ВКонтакте» отчиталась о выплате 2,1 млрд рублей налога на прибыль. То есть речь действительно идет об экономии десятков миллиардов рублей в масштабе отрасли.

При этом глава ассоциации разработчиков программного обеспечения «Руссофт» Валентин Макаров подчеркивает: в реальности страна получит больше, чем потеряет. Ведь сейчас из-за высокого на фоне общемировых показателей налога на прибыль большинство российских разработчиков предпочитают продавать свои IT-решения из других стран, с более низкими налогами. В итоге Россия не видит этих денег вообще.

«Если экстраполировать сегодняшние решения на то, что было несколько лет назад, когда нам снизили социальные выплаты до 14%, то можно говорить об увеличении продаж на 3–5 процентных пункта к прошлогоднему уровню в 11 миллиардов, то есть о 300–400 млн долларов в год, с которых будут платиться налоги», — говорит Валентин Макаров.

Впрочем, мгновенного изменения ситуации и массового переезда к нам международных компаний, польстившихся на низкие налоги, он не ждет — эффект можно ждать только лет через пять.

«При выборе компаниями юрисдикции налоговый режим — лишь один критерий. К сожалению, у нас пока нет венчурного капитала, рынка сбыта, у нас санкции, — сетует эксперт. — Впрочем, чем больше мы будем продавать из России по всему миру, тем больше будем продвигать свой бренд. Это действительно очень хороший ход для привлечения ресурсов в страну».

Источник
Новости по теме
Пресс-релиз: Российские разработчики хотят лучше узнать японский, французский и бразильский рынки, 20 октября 2020
«Большой брат следит за тобой»: чипирование – миф или реальность?
Бизнес фильтрует решения