English

«Цифровизация не должна быть дорогим хобби айтишников»

24 апреля 2019

Об особенностях модернизации крупнейших предприятий РБК+ рассказал старший вице-президент — финансовый директор ПАО «ГМК «Норильский никель» Сергей Малышев.

— С какими проблемами сталкивается российская промышленность в ходе цифровой трансформации?

— Любая трансформация — это изменение сознания и культуры людей. Именно человеческие инертность, консерватизм, привычка иногда не дают техническим инновациям быстро внедряться в некоторые индустрии, тормозят их развитие.

— Какие отрасли страдают больше всего?

— Там, где люди хотят мыслить так, как они мыслили ранее. Сравнивать скорость внедрения цифровых технологий в различных отраслях сложно, поскольку под такими технологиями каждый понимает свое. Некоторые совершенно искренне считают цифровизацией стандартную автоматизацию или любое ИТ-внедрение. Мы считаем цифровизацией то, что раньше в индустрии было трудно себе представить: внедрение современных инструментов из области цифровой индустрии, позволяющих повышать эффективность бизнес-процессов. Любая цифровая технология для нас — это потенциально инструмент повышения эффективности. Ключевой посыл в том, что основной заказчик цифровых решений — бизнес. Цифровая лаборатория «Норникеля», которая базируется в Сколково, и департамент информационных технологий при этом являются внутренними подрядчиками, которые реализуют бизнес-задачи производственных подразделений. Конечная цель: решать задачу повышения производительности труда, снижать издержки и потери.

— Почему все решает бизнес?

— В противном случае вся цифровизация превратится в дорогостоящее хобби айтишников.

— Что мешает быстрой цифровизации отрасли, где доминирует «Норильский никель»?

— Выделю три главные проблемы. Первая — это способность компании выполнять определенный объем изменений в единицу времени. Речь идет о возможности впитывать и использовать определенные инициативы, прямо зависящей от зрелости структуры и людей, которые ее наполняют. Здесь есть узкое горлышко, причина — тот самый человеческий фактор. Как с этим бороться? Ускорением темпов развития культуры в организации, интенсификацией новых проектов, обучением людей, обновлением кадрового состава.

Вторая проблема заключается в отсутствии на рынке необходимого количества профильных специалистов и готовых решений именно для нашей отрасли. При этом вариант «что-то похожее внедрено в крупном банке, давайте сделаем по аналогии» нас категорически не устраивает. Специфика горно-металлургической отрасли накладывает серьезные ограничения. Даже на первый взгляд очень близкие технологии требуют тщательной адаптации, апробирования, проверки эффективности, «проецирования на местность», то есть на наш производственный профиль.

Третья проблема — недостаточный обмен опытом внутри индустрии. Мы стремимся организовывать такие площадки, инициируем необходимые для этого форматы, стараемся увеличить скорость обмена полезными данными. Однако только лишь наших усилий недостаточно.

— На днях компания получила золотую награду в категории «Трансформация бизнеса» конкурса SAP Quality Awards — 2019 в регионе СНГ. В чем суть этого проекта и какова его роль в цифровизации бизнеса компании?

— SAP ERP — это базовая платформа, которая автоматизирует в «Норникеле» более 500 бизнес-процессов, и на этой базе можно далее выстраивать интегрированные сценарии продвинутой автоматизации — например, роботизировать ряд рутинных производственных процессов, подключать цифровые инструменты. К примеру, делать приложения, анализирующие массивы данных, которые постоянно обновляются и характеризуют основной ландшафт деятельности предприятия. Если упрощенно, архитектура этой платформы чем-то схожа с операционной системой персонального компьютера. По оценкам ряда экспертов, наш проект внедрения SAP ERP в Норильском промышленном районе — сейчас крупнейший в своем роде на пространстве России и СНГ, в него было вовлечено около 2 тыс. человек. Сейчас в системе работают около 10 тыс. сотрудников. Платформа объединяет свыше 30 предприятий и подразделений «Норникеля», большая часть которых работает за Полярным кругом, в условиях Крайнего Севера.

— Дорогое удовольствие?

— На старте проекта компании пришлось провести очень серьезную техническую, методическую, инфраструктурную подготовку региона. К примеру, в 2017 году в Норильск за наш счет в условиях вечной мерзлоты был проложен волоконно-оптический канал связи протяженностью почти 1000 км; мы полностью обновили парк компьютеров и серверов, обеспечили дополнительные мощности для обучения пользователей.

— Одна из целей промышленной цифровизации — высвобождение людских ресурсов. Что делать людям, которых бизнес хочет заменить роботами?

— Единого ответа сейчас нет. Да, автоматизация ряда производственных процессов может привести к оптимизации численности персонала. Но в основе любых технологических решений все равно остается живой человек. Поэтому совершенно не обязательно, чтобы сотрудники, производственная деятельность которых автоматизирована, были вынуждены менять место работы. Если они настроены активно и готовы вместе с компанией разделять вызовы, которые появляются в конкурентной борьбе, готовы повышать квалификацию, то есть возможность вертикального либо горизонтального перемещения их внутри компании.

Ряд наших проектов по автоматизации и ИТ-внедрению, напротив, делается «под человека». Я говорю в первую очередь обо всем, что касается охраны труда и промышленной безопасности. Например, о датчиках, которые позволяют специалисту глубоко под землей, в руднике, узнать о задымлении или получить предупреждение об опасности столкновения с движущимися механизмами. Другой пример — наш проект в области машинного зрения.

— Как это работает?

— Один из наших проектов развернут на конвейере Талнахской обогатительной фабрики. По конвейеру непрерывно подается порода в дробильное оборудование. Порода неравномерна по своему составу и иногда содержит так называемые рудозасоряющие элементы — например, небольшие металлические предметы, куски арматуры или зубьев ковша экскаватора. Попадание инородных предметов в дробильное оборудование может вывести его из строя и привести к простоям производства. За тем, чтобы инородные элементы не попадали в дробильное оборудование, следит оператор конвейера. Но он живой человек, может отвлечься и в итоге пропустить рудозасоряющие элементы. В помощь оператору мы установили видеокамеры, написали софт с элементами машинного обучения и систему оповещения, которая позволяет такие элементы фиксировать, подсказывать оператору, когда нужно остановить конвейер, если что-то пропущено. Технологию машинного зрения мы планируем применять, чтобы распознавать нарушения сотрудниками правил ношения спецодежды и контролировать качество готовой продукции. Технология видится достаточно перспективной в производстве.

— Что представляет собой программа «Норникеля» «Технологический прорыв»?

— Это группа проектов, направленных на повышение операционной эффективности наших производственных подразделений. В нее входят такие ключевые системы, как баланс металлов, диспетчеризация, подземное позиционирование и связь в рудниках, энергоэффективность, имитационное моделирование, управление минерально-сырьевыми запасами и т.д. Все эти системы задуманы и реализуются как источники данных для принятия управленческих решений линейным и высшим руководством компании. По группе проектов «Технологический прорыв», равно как и по внедрению системы SAP ERP, мы прошли уже где-то две трети намеченного пути. Ну, а сказать, когда все эти системы будут готовы на все 100%, наверное, невозможно — они постоянно дорабатываются, хотя бы потому, что совершенствуются технологии.

— Какие именно инструменты «Индустрии 4.0» сейчас интересны «Норильскому никелю»?

— Мы так или иначе прототипируем и пытаемся находить применение широкому спектру современных технологий. Речь о роботизации бизнес-процессов (пример здесь — роботизация рутинных операций бэк-офиса, скажем, подготовки и выдачи типовых бухгалтерских документов и справок), машинном обучении и работе с данными, VR и дополненной реальности, сложных интегрированных системах, которые соединяют оборудование и управляющие схемы между собой, даже о промышленных экзоскелетах, которые расширяют физиологические возможности человека. С точки зрения экономического эффекта пока наибольший результат показывают технологии машинного обучения и построения интегрированных систем.

— Что-то уже реализовано на практике?

— Нередко идеи для Цифровой лаборатории генерируют рядовые сотрудники. Не так давно один из них предложил разработать систему-помощник оператора КИП с использованием технологии дополненной реальности. Это мобильное приложение, которое при направлении камеры на щиток с коммутационным оборудованием визуализирует оператору схему кроссировки кабелей и контроллеров: куда подключены провода, как они проложены, что под напряжением, а что нет. Мы планируем оснастить таким приложением наших сотрудников, видим потенциальный эффект от внедрения. Любой, кто даже в бытовых условиях сталкивался с электротехникой, понимает, как это удобно.

Фото: РБК

Источник: https://spb.plus.rbc.ru/news/5cbf40d07a8aa94741d2ce7d
Новости по теме
В Санкт-Петербурге откроют лабораторию для создания IoT-устройств
Госорганы на Ставрополье откажутся от зарубежного программного обеспечения
Россия признана одним из лидеров по внедрению цифровых технологий