English

«Мы рассчитываем обеспечить глобальную систему коммуникаций через всю Евразию»

26 декабря 2018

Как обеспечить безопасность человека в мире киберфизических систем, готово ли к этому законодательство и как Россия собирается создать глобальную систему коммуникаций, в интервью ntinews.ru рассказал Валентин Макаров, руководитель рабочей группы направления SafeNet Национальной технологической инициативы.

— Что такое Евразийский квантовый путь?

— С развитием шестого технологического уклада человек выходит из контура управления сложными процессами и передает контроль киберфизической системе из железа и софта. Но он очень опасается, как бы эти системы не стали ломаться, биться, нападать на человека. Чтобы обеспечить их надежное функционирование, необходима новая парадигма безопасности, инфраструктура, отвечающая требованиям доверенности. Если мы создадим такую инфраструктуру в России, то все – беспилотный транспорт, умная энергетика, телемедицина — будет базироваться на ней. Но если мы распространим ее и на соседние страны, то такая безопасная сеть передачи данных позволит этому транспорту пересекать границы, перевозить товары и людей по всему континенту. В этом и состоит идея Евразийского квантового пути: соединить Евразию безопасной инфраструктурой, которая позволяет реализовать преимущества шестого технологического уклада на всей ее территории. И если мы будем авторами такой системы, мы сможем эти потоки если не контролировать, то модерировать и обеспечивать безопасность, получать деньги, производя оборудование для всей огромной Евразийской системы, создавая канал для трафика данных, и предоставляя услуги на этой новой инфраструктуре.

— Чем-то подобным занимаются в других странах?

— В Китае строится национальная инфраструктура, там уже проложено 6 000 км кабеля, соединяющего основные города Китая. Они обеспечены системой квантовой криптографии, в которую невозможно вмешаться извне. Это новый уровень безопасности, который позволяет китайцам приступать к строительству на ее основе киберфизической системы. В США строительство квантового периметра будет завершено к 2020 году. В России пилотные зоны созданы в Петербурге, в Казани, небольшой участок сейчас строится в Самаре. В тестировании участвуют Россети, Ростелеком, Сбербанк, Газпромбанк, мы подходим к коммерциализации этой технологии в России.

— Существуют ли какие-то законодательные барьеры?

— Пока на уровне законодательства никто об этом ничего не знает. Мы готовим заседание Экспертного совета по цифровой экономике и блокчейн-технологии при Комитете по экономической политике Госудмы, оно будет посвящено как раз созданию доверенной среды для киберфизических систем. Важно, чтобы был базовый закон, который регулирует эту среду, и уже потом пакет законов, который позволит на ее основе строить все приложения.

— Такой закон не входит в утвержденный план цифрового нацпроекта?

— Там есть набор законов по киберфизическим системам, но в них не затрагивается вопрос безопасной инфраструктуры. Наша идеология заключается в том, что не надо отдельно регулировать беспилотный автомобиль или беспилотный самолет, это все должно базироваться на одном законе, определяющем доверенную среду и критическую инфраструктуру, без которой реализовывать такие проекты нельзя.

— Кто из бизнеса выступает заинтересованной стороной?

— Есть заинтересованные компании, готовые производить процессоры и технику, есть разработчики системного софта для этих процессоров, есть компании, которые делают телекоммуникационное оборудование, те, кто занимается шифрованием, квантовой криптографией.

— Это уже сформированный консорциум?

— Да, такие консорциумы уже есть в Москве и Петербурге. Второй уровень — это инвесторы, которые рассчитывают на базе этой технологии строить сети, большие организации, которым нужна крупная инфраструктура — Ростелеком, Россети, Росатом. Последний уровень — это пользователи: государственные структуры, заинтересованные в безопасной передаче данных для госуправления, армии, спецслужб, коммерческие структуры, в первую очередь, банки, беспилотный транспорт, энергетика, медицина. Важно, что решение с доверенной средой, квантовой коммуникацией и услугами по защищенной передаче данных — это платформа, которую можно продавать другим странам. Потому что если мы останемся только в России, рынки захватят другие, мы просто не сможем быстро расти и конкурировать с ними на равных. Поэтому с самого начала мы рассчитываем, предложив свою технологию, обеспечить глобальную систему коммуникаций через всю Евразию. Это колоссальный экспортный проект.

— Для этого потребуется гармонизация законодательства с другими странами?

— Да, потребуются единые стандарты как по доверенной среде, так и по квантовым коммуникациям, по квантовой криптографии, а также ряд других стандартов, которые мы сейчас прорабатываем совместно с техническими комитетами Росстандарта.

— А на уровне ЕАЭС?

— Они должны быть распространены в странах ЕАЭС, и дальше согласовываться с теми странами, которые будут включаться в Евразийский путь, в первую очередь с лидером — Китаем, который построил больше систем, чем есть у нас. Китайцы готовы вместе с нами разрабатывать такую систему стандартов, подключим Индию и проведем через международную организацию. Такой опыт уже есть: технический комитет Росстандарта получил от международных организаций по стандартизации рекомендацию разработать международные стандарты по интернету вещей.

— Проводились ли уже переговоры с зарубежными партнерами?

— В Китае они велись на уровне Академии наук, которая отвечает за создание квантовой сети, с Индией нам удалось добиться включения этого вопроса в повестку дня российско-индийской межправкомиссии. С ЕАЭС тоже были переговоры, но они не игроки в конкурентной борьбе, они потребители. В первую очередь речь идет о взаимодействии России, Китая и Индии и разработке общего стандарта.

— Когда можно ждать первых результатов по пилотным проектам?

— Главная задача сегодня — совместно с регулятором, ФСБ, создать лабораторию по сертификации. Мы рассчитываем провести первую уже в 2019 году, после этого инфраструктуру можно будет продавать клиентам.

— Как вы оцениваете объем этого рынка?

— В китайской концепции нового Шелкового пути говорится о необходимости создания 100 новых дата-центров. Мы можем конкурировать за такой новый огромный рынок — с учетом техники, телекоммуникаций и предоставляемых услуг он может достигать $2,3 трлн.

— А у России достаточно производственных мощностей для такого?

— Если мы и дальше будем производить и продавать отдельные компоненты, мы таких объемов не достигнем никогда. Если мы предлагаем платформенное решение в виде инфраструктуры безопасности, без которой невозможно внедрить киберфизические системы, то мы претендуем сразу на 10–15% рынка. В России есть по крайней мере пять производителей и разработчиков процессоров, и при масштабировании производства цена процессора цена падает, качество повышается. При большом объеме наши процессоры, я просто уверен, достигнут уровня зарубежных, хотя сейчас так сказать нельзя. Отставание будет ликвидироваться довольно быстро по мере внедрения платформы.

— То есть мы сначала продаем решение, а уже потом подтягиваем под это производство?

— Мощности есть, перед ОПК стоит задача диверсифицировать производство, чтобы 50% продукции шло на гражданский рынок. Создавая такую платформу, мы обеспечиваем загрузку этих мощностей на долгие годы вперед. А еще есть частный бизнес, который умеет сам масштабировать производство, — за счет аутсорсинга, как угодно. Мы будем производить компоненты в разных странах по нашим лицензиям, под нашим контролем, с нашим тестированием и с нашей интеграцией. Это будет нормальный интегральный проект — так и завоевывается технологическое господство, как это сделали США с персональными компьютерами и мобильными телефонами. Если без российской платформы другие страны не смогут использовать новый транспорт, они будут ее покупать, все будут покупать. Это новый рынок, туда надо заходить, пока не поздно, и конкурировать с теми, кто хочет туда зайти, или же договариваться с ними. Без нас китайцы не имеют выхода в Европу. У нас в бизнес-плане сказано: чтобы сделать магистральную ветку от границы Китая до Финляндии понадобится примерно полтора года и 5 млрд руб. Из них мы просим у государства 400 млн., а остальное — коммерческие деньги.

— Они уже есть?

— Есть частный инвестор, который уже инвестирует, с другими мы ведем переговоры. Да, мы наберем этих частных денег для того, чтобы построить такую магистральную линию, своих ли, китайских… Программа НТИ должна быть завершена к 2035 году, а к 2030 году, я надеюсь, эта инфраструктура будет внедрена уже повсеместно, иначе применять все эти новые киберфизические системы будет невозможно.

Источник: http://ntinews.ru/blog/interview/my-rasschityvaem-obespechit-globalnuyu-sistemu-kommunikatsiy-cherez-vsyu-evraziyu.html
Новости по теме
Искусственный интеллект экономит миллионы умным городам
Квантоискатели
Власти создают в России суверенный интернет вещей